Вы здесь

Аватар пользователя NarKot
02.02.2016    NarKot    800    1
         

... предыдущая часть ...

Наверное, всякий, кто приезжает в незнакомую страну за впечатлениями, распаковав вещи и обустроившись на новом месте, берётся за путеводитель и погружается в изучение местных достопримечательностей, дабы определиться, какие из них стоит посетить в первую очередь, какие — во вторую, а что можно оставить напоследок. Меня, конечно же, тоже не минула чаша сия, с тем лишь небольшим отличием, что бумажному путеводителю я предпочёл айпад. И причина вовсе не в том, чтобы сэкономить сотню-другую йен на печатной продукции: полиграфия японских путеводителей выше всяческих похвал, но вот содержание... В общем, попавшиеся мне на глаза путеводители по Окинаве — даже англоязычные — были написаны так, как будто предназначались для японцев. То есть не менее, чем наполовину были заполнены фотографиями всяческих блюд и информацией, где всё это можно попробовать.

Гастрономические формы туризма меня никогда особо не увлекали, так что на богато иллюстрированные книжки, в которых картинок было много больше, чем текста, я махнул рукой, и взялся за составление культурной программы самостоятельно. В течение полугода я по мере сил посещал всевозможные местные достопримечательности — и те, которые не обойдёт вниманием даже самый краткий и поверхностный туристический буклетик, и такие, о которых узнаёшь лишь случайно. О некоторых из них я уже упоминал вскользь, подробный и обстоятельный рассказ о них отложив до более подходящего момента. И вот это время пришло: сегодняшний мой рассказ будет о самых замечательных местах Окинавы, как популярных, так и малоизвестных.

Начну я, конечно же, с храма Нами-но Уэ, который я впервые увидел на следующий же день после приезда. Иначе и быть не могло, поскольку располагался он в пяти минутах от моего дома по дороге на пляж. Впрочем, про этот храм я уже достаточно рассказал во второй части своих окинавских историй, так что просто продемонстрирую ещё пару фотоснимков этого замечательного места.

Храм Нами-но Уэ ночью

Крыша храма Нами-но Уэ

Первой из окинавских достопримечательностей, осматривать которую я отправился умышленно и целенаправленно, стала 国際通り («Кокусай-дори», дословно — «международная улица») — центральная улица Нахи. В обычные дни это просто центральная улица города, обе стороны которой занимают всевозможные магазины, ресторанчики и сувенирные лавки. Количество всяческих сувениров там превосходит все мыслимые пределы. И если вам нужно купить футболку с изображением сисы, коробку чинсуко в шоколаде или вдруг страсть, как захотелось поесть мороженого с добавлением «снежной соли» с острова Мияко, всё это вы найдёте именно на Кокусай-дори.

Кондитерский магазин на Кокусай-дори

Здесь же расположен и рыбный рынок, который я нипочём бы не нашёл, если бы Йоко-сэнсэй не показала мне неприметную дверь, за которой он скрывается. Сам я совсем не любитель даров моря, особенно в сыром виде, однако разнообразие всяческих рыб и морских гадов, коих на Окинаве употребляют в пищу, безусловно, поражает воображение.

На рыбном рынке

И только лишь поклонники аниме будут разочарованы ассортиментом бесчисленных магазинчиков, ибо не найдут там и сотой доли того, что обычно ожидают увидеть в Японии. Полотенце с портретом Учиха Саске, сборные модели «Гандамов» и плюшевые Тоторо — на большее особо рассчитывать не стоит. Повезёт лишь фанатам «One Piece»: по неведомым мне причинам фан-стафф «Одной штуки» на Окинаве превосходит числом и разнообразием атрибутику всех прочих аниме, вместе взятых; здесь даже можно разжиться местным эксклюзивом — продукцией из серии «One Piece» на Окинаве».

Сувенирный магнит «One Piece на Окинаве»

Тягаться с Монки Д. Луффи и его командой под силу лишь героям «Ryujin Mabuyer» - местного супергеройского телешоу а-ля «Power rangers», но с окинавским колоритом. Маски и фигурки персонажей распространены широчайше, и встретить их можно, наверное, даже в самом захудалом универмаге. Сам я об этом шоу и его героях до приезда на Окинаву не имел ни малейшего представления, и узнал о них совершенно случайно, когда забрёл в торговый центр сети «Aeon» во время костюмированного представления с их участием.

Шоу «Ryujin Mabuyers» в супермаркете «Aeon» в районе Ороку

Ну и, конечно же, на Кокусай-дори возле станции Макиси располагается «Уфу си:са:», что на окинавском диалекте означат «большая сиса», она же, по совместительству, и «Love shisa» для фотографирующихся на её фоне влюблённых парочек. Не удивлюсь, если это действительно самая большая статуя сисы на Окинаве — а, стало быть, и на всей остальной планете тоже.

Кроме того, по этой улице проходит добрая половина всех автобусных маршрутов. Днём интенсивность движения на Кокусай-дори весьма умеренная, но вот вечером, часов после пяти, транспорт запруживает улицу, продвигаясь по ней со скоростью сонной черепахи. И если у автомобилистов ещё есть выбор, проехать по Кокусай-дори или выбрать любую из параллельных ей улиц, то пассажирам автобусов не остаётся ничего иного, как смотреть в окно на проходящих мимо пешеходов и завидовать. Поэтому, если вечером мне приходилось возвращаться домой на автобусе, я предпочитал сойти где-нибудь в районе Томарина и идти до дома двадцать минут пешком. Прогулка получалась хоть и неблизкая, однако всё равно выходило быстрее, чем терпеливо ждать, пока автобус проползёт всю Кокусай-дори из конца в конец.

И, конечно же, центральная городская улица регулярно становится местом различных праздненств и шествий, В дни больших фестивалей Кокусай-дори преображается: улицу закрывают для транспорта, и она превращается в одну сплошную пешеходную зону полуторакилометровой длины. Мне более всего запомнился городской парад, проходивший там во время праздненств 11-13 октября 2013.

Городской парад на Кокусай-дори


А вот для знаменитого «那覇大綱挽» («Наха о:цунахики») — состязания по перетягиванию самого большого каната в мире — Кокусай-дори оказалась слишком узка, его проводят на «трассе 58», по такому случаю перекрываемой на несколько часов. Сам исполинский канат (точнее, две его половины, которые предстояло связать воедино перед самым действом) привезли заблаговременно, так что у меня была отличная возможность посмотреть заранее, что предстоит перетягивать тысячам участников состязания.

Самый большой канат в мире

В толщину канат оказался больше человеческого роста, в длину же таков, что когда я дошёл до западного конца каната, восточный потерялся из виду. Однако прежде, чем началось состязание, по Кокусай-дори прошли парадом представители 14 районов Нахи. В авангарде каждой из делегаций шествовали «знаменосцы», нёсшие на особом шесте знамя и символ квартала. Вся эта конструкция весит 60 и более килограмм, поэтому знаменосца окружает не меньше десятка крепких мужчин со специальными рогатинами, которыми они поддерживают знамя, не давая ему упасть.


Однако прежде, чем знамя пронесут по Кокусай-дори, с ним обходят весь квартал — согласно традиции, это действо должно принести его жильцам счастье и благополучие.

Знамя нашего квартала

Во главе процессии школьники несут флаги с символикой квартала, за ними — девушки с раковинами и барабанами, дальше — ответственные за изгнание злых духов с жизненно необходимыми для такого дела петардами (кабы не треск петард, я бы проспал всё самое интересное) и прочие, прочие, прочие.


Ближе к двум часам, когда парад уже заканчивался, трассу 58 перекрыли для транспорта и люди стали подтягиваться к месту будущего состязания. Народу собралась тьма, притом у меня сложилось впечатление, что собственно тягать канат предстоит большей частью иностранцам, а местные жители, заблаговременно заняв лучшие зрительские места, с любопытством и нетерпением ожидали начала «битвы гайдзинов».

Не зная программы мероприятия, я поспешил просочиться поближе к канату — чего, как я понял позже делать не стоило, ибо самое интересное происходило напротив трибуны для почётных гостей. Именно там выстроились все четырнадцать — семеро против семи — знаменосцев, после чего начались показательные выступления каратистов, которые я, однако, не увидел. Более всего я в этот момент завидовал служащим из окрестных офисов, ради такого случая пооткрывавшим окна и наблюдавшим за происходящим с высоты нескольких этажей, и фоторепортёрам, оккупировавшим ближайшую к месту событий крышу — им было видно и слышно всё.

Будучи зажатым в толпе в полусотне метров от места главных событий, я мог лишь смотреть, как мимо меня пронесли помост «восточного» короля, на стороне которого мне предстояло выступать в этом состязании. Знамя «своего» квартала виднелось где-то вдали, откуда шествовал «западный» король.

Прибытие короля Востока

Когда короли сошлись в месте соединения обеих частей каната, огромная золотая сфера, подвешенная над перекрёстком, раскрылась, извергнув из себя поток конфетти, разноцветных воздушных шаров, и, сверх того, транспарант, возвещающий начало 43-го ежегодного состязания по перетягиванию каната.

Разумеется, за сам канат двухметровой толщины хвататься было бессмысленно; тянуть его предстояло за многие сотни прикреплённых к нему верёвок. Заблаговременно спрятав фотоаппарат и вцепившись в свой кусок верёвки, я замер в ожидании, что будет дальше...

А дальше было вот что: многотысячная толпа подалась назад, пытаясь перетянуть канат в свою сторону, и в этот момент я усомнился, стоило ли принимать столь деятельное участие в этой затее. Мне, зажатому со всех сторон среди множества человеческих тел, оставалось лишь одно: вцепиться в свой кусок каната, держаться в «волне», пробегавшей по толпе в такт в такт свисткам «командиров» стоявших на «спине» каната, и тянуть, тянуть на себя грубую верёвку. Всех моих сил хватило не более, чем на пятнадцать минут: футболка промокла от пота насквозь, ноги мне оттоптали в первые же минуты (однако сандалии каким-то чудом всё же удержались на ногах), так что я почёл за благо отпустить канат и перейти из участников шоу в зрители.

Мои представления о перетягивании каната как о лёгкой и не утомительной забаве сыграли со мной злую шутку: я и подумать не мог, что попаду на суровый марафон, требующий от участников выносливости ломовой лошади. Но окончательно меня добило то, что верёвку тягали не только праздные армейские гайдзины с окрестных военных баз, но и семижильные японские бабушки! В общем, что бабушке с Окинавы развлечение, то русскому студенту языковой школы — тотальный капут. Будучи измотан до крайности, я даже не дождался завершения мероприятия, а отправился домой, чтобы принять душ, сменить футболку и вообще привести себя в порядок прежде, чем отправляться на «фестиваль пива» в спортивный парк Оонояма. Да-да, вы не ослышались: фестиваль пива в спортивном парке, на Окинаве такое в порядке вещей.

После состязания гигантский канат распилили на части, и каждый желающий мог получить на память кусочек этого артефакта — говорят, он приносит удачу. А назавтра в языковой школе Хига-сэнсэй сообщила нам, что в этом году со счётом 13:13 победила дружба, а всего на праздненства собралось примерно 277 тысяч человек (что для города с населением в 300 тысяч совсем не мало).

Вход на Хэйва-дори

Рассказывая о Кокусай-дори, нельзя не вспомнить небольшую улочку, берущую начало примерно посередине Кокусай-дори и теряющуюся где-то в глубине одноэтажных кварталов к востоку от центра города. Это, конечно же, Хэйва-дори, «улица Мира». Собственно, поначалу в ней даже улицу узнать непросто: западная её часть выглядит как протянувшийся на несколько сотен метров крытый рынок, зажатый с обеих сторон жилыми кварталами. И если магазины Кокусай-дори — Мекка модников и туристов, то на Хэйва-дори, кроме футболок, традиционных сладостей и милых безделушек «на память» можно задёшево обзавестись всяческой домашней утварью, купить свежие овощи (половине которых русского названия не сыскать даже в словаре) и даже встретить кое-какую экзотику вроде магазина подержанных книг или лавки по продаже американской армейской униформы. На Хэйва-дори я в первую же неделю разжился махровым полотенцем и шваброй, и впоследствии, когда возникала нужда в какой-нибудь бытовой мелочи, в первую очередь отправлялся на поиски именно туда. А перед отъездом, обнаружив, что моё имущество уже не вмещается в чемодан, а бросать нажитое жалко, там же нашёл недорогую спортивную сумку, в которую упаковал образовавшиеся излишки барахла.

Если идти по Хэйва-дори достаточно долго, не смущаясь, что чем дальше, тем малочисленней и неказистее становятся магазинчики, а многоэтажные бетонные коробки сменяются одноэтажными домиками с традиционной черепичной крышей, вы минут через пятнадцать доберётесь до квартала Цубоя, с давних времён бывшего центром гончарного дела на юге Окинавы. Теперь это исторический район города с малоэтажной застройкой, кривыми узкими улочками и множеством небольших магазинчиков, торгующих, конечно же, керамикой ручной работы. Если очень повезёт, вы даже можете набрести на действующую печь для обжига керамических изделий. Ну а чтобы найти музей керамики, особых усилий прикладывать не придётся, поскольку место это обозначено во всех путеводителях по городу. Мне, правда, дальше фойе уйти не удалось: в музее в тот день шёл ремонт.

Отправившись на шопинг, рано или поздно (причём скорее рано, чем наоборот) вы доберётесь до района Синтосин. Сам я впервые попал туда уже на третий день моего пребывания на Окинаве, ибо на новом месте мне оказалось позарез необходимо множество различных вещей, везти которые из дома мне бы и в голову не пришло: от вайфай-роутера до самой обычной швабры. Не то, чтобы швабры в Японии такая редкость, что за ней нужно ехать через половину города, просто в универмаге «Ямада» они оказались дешевле, чем я и воспользовался. Еда, одежда, книги, электроника, товары для спорта — всё это в концентрированном виде можно найти в Синтосине, нужно лишь доехать по монорельсу до станции Оморомати и начать неторопливое путешествие на север. Миновав DFS – мультибрэндовый бутик, от которого за версту разит гламуром и пафосом, вы вскоре окажетесь у входа в мекку японской поп-культуры — магазин сети «Tsutaya». Если вы сбились с ног в поисках свежего эксклюзива для игровой консоли, диска с кино или музыкой, или вдруг для полноты коллекции вам не хватает томика какой-нибудь не слишком древней манги — вам, несомненно, прямая дорога в «Цутаю». А вот за учебной, художественной и прочей «серьёзной» литературой придётся идти в «Дзюнкудо:», крупнейший книжный магазин Окинавы, расположенный совсем в другом районе.

Однако даже если вам ничего из вышеперечисленного не нужно, один раз в «Цутаю» заглянуть всё равно будет нелишне, поскольку в магазинах именно этой торговой сети быстрее и проще всего оформляется «T-card» - электронная карта, на которую вам будут капать Т-пойнты. Эти Т-пойнты начисляются в некоторых универмагах (в частности — в мегапопулярных Ryubou) за некоторые покупки в количестве 1-2 пойнта за каждую потраченную сотню йен. Начисляются они, конечно, не просто так: один Т-пойнт равен одной йене, так что даже в «обычном режиме» за пару месяцев вы наверняка насобираете себе на бесплатный обед.

Может показаться, что такие суммы — мелочь, недостойная внимания и овчинка выделки не стоит. А вот не скажите! Конечно, покупая в день по банке кока-колы и шоколадке, даже жалкую сотню Т-пойнтов придётся копить долго и упорно. Но вот когда я купил фотоаппарат за 170 тысяч йен, примерно четыре тысячи Т-пойнтов тут же пролились золотым дождём на мою карточку, чтобы быть немедленно потраченными на всякую мелочёвку, необходимую к новой камере.

Продолжив путь дальше, мы неизбежно приходим к «Naha Main Place» - главному шопинг-центру Нахи. Не могу сказать, что его размеры поражают воображение, он вполне соразмерен городу. Не может он похвастать и какими-то суперэксклюзивными товарами. Однако удачное расположение, широкая специализация и кинозал, занимающий весь верхний этаж, выделяют его из всех прочих, заставляя приходить туда вновь и вновь.

Музей префектуры Окинава

Через дорогу от Naha Main Place находится Музей префектуры Окинава, о котором я уже вскользь упоминал в одной из предыдущих частей. Не заметить это здание просто невозможно: архитектурно оно столь сильно отличается от всех окружающих его строений, что вызывает интерес с первого взгляда. Рядом со входом в здание музея стоит копия традиционного окинавского дома с обязательной черепицей и статуей сисы на крыше.

Войти в музей можно и с чёрного хода, то есть со стороны спортивного парка Синтосин, перейдя улицу по изящному подвесному мостом и миновав арт-конструкции, одна из которых отдалённо напоминает языки пламени, а другая и вовсе ни на что не похожа.

В самом музее действует как постоянная экспозиция, посвящённая местной культуре, так и многочисленные временные выставки самой разнообразной тематики, от картин Марка Шагала до истории японских мечей.

В музее Окинавы

Узнать, что именно выставляется в данный момент, можно либо посетив сайт музея (http://www.museums.pref.okinawa.jp), либо просто подойдя к доске объявлений рядом со входом. Есть в здании музея и собственный сувенирный магазинчик, замечательный тем, что его ассортимент значительно отличается от туристоориентированных лавочек на Кокусай-дори. Однако этот музей, как и большинство иных культурных учреждений, ориентировано в первую очередь на удовлетворение духовных запросов японских туристов, поэтому не то, что экскурсии, а даже поясняющие таблички на английском языке там скорее исключение, чем правило.

Побывав в музее и продолжив прогулку по Синтосину, мы по одну сторону улицы увидим множество магазинов, среди которых наибольший интерес представляют, пожалуй, электронный супермаркет «Best» и спортивный «Спо:цу дэпо Амэку». Правда, то что меня интересовало в первую очередь — традиционный японский лук для кюдо — я там не нашёл. Равно как не заметил и бамбуковых синаев, известных нам не столько как спортивный инвентарь, сколько по фильмам про битвы японских отморозков, где этот учебно-тренировочный меч выступает в той же роли, которую бейсбольная бита играет в западном кинематографе.

Однако главной туристической достопримечательностью Нахи, несомненно, является замковый комплекс Сюри и расположенный буквально через дорогу от него мавзолей Тамаудун. Через пару недель после прибытия, более-менее освоившись на новом месте, я впервые выбрался в это замечательное место, несколько припозднившись с визитом. Прибыл я в самом начале седьмого часа, и с узнал, что собственно в королевский замок посетителей допускают не позже семи часов вечера, а чтобы туда попасть, нужен билет стоимостью в 800 йен. Время для визита я выбрал не лучшее: фасад замка был весь в строительных лесах и затянут полиэтиленом; судя по всему, шли реставрационные работы. К счастью, реставрация завершилась до моего отъезда, и сделать собственный фотоснимок замка Сюри мне всё-таки удалось.

Замок Сюри

Перед моим взором замок Сюри предстал приблизительно таким, как он выглядел в свои лучшие времена, когда королевство Рюкю процветало, пользуясь своим выгодным расположением между на торговых путях между Гонконгом, материковым Китаем и Японией. Замок, конечно же, не оригинальный — оригинал сгорел 70 лет назад во время битвы за Окинаву. На юге Окинавы после войны из культурного наследия вообще мало что уцелело, и даже то, что сохранилось, потребовало многих лет работы реставраторов. Однако сами японцы, похоже, насчёт аутентичности «пыли веков» комплексов не испытывают, и то, что замок исчезнувшей полтораста лет назад династии выглядит так, как будто его только что отремонтировали к приезду августейших жильцов, никого не смущает.

Внутри замка, несмотря на ремонт, всё шло своим чередом, и, пристроившись вслед за группой японских туристов, я направился внутрь. Обувь на входе в замок полагалось снять, сложить в пакет, а по внутренним покоям замка прогуливаться босиком. В начале августа я не придал этой детали должного значения, но вот во второй мой визит, случившийся в начале января, я сильно пожалел о своей забывчивости. Прогулка по прохладному дереву (а замок практически полностью построен из дерева) в тридцатиградусную жару дарит блаженство и отдохновение от изнуряющего зноя, но стоять босиком на том же самом полу в середине января, когда на улице всего 16 градусов тепла, а по замку гуляет ветер — удовольствие ниже среднего. И тем не менее, японцы безропотно снимали обувь и шлёпали босиком по голому полу, не выказывая своим видом ни малейшего неудовольствия, так что мне оставалось лишь последовать поговорке «приехал в Японию — поступай, как японец», и мёрзнуть на общих основаниях.

Первый этаж занимает экспозиция, посвящённая династии королей Рюкю, правившей на Окинаве, и самому замку, воздвигнутому ещё в 14 веке. Большая часть исторической информации представлена на японском языке, со всеми вытекающими из этого последствиями.

Сюридзё в миниатюре

А вот второй этаж, напротив, никаких особых языковых познаний не требует, поскольку, поднявшись по лестнице, мы погружаемся в атмосферу королевской резиденции двухсотлетней давности. Надо заметить, что жили окинавские короли, по нынешним меркам, довольно скромно. Трёхэтажный особняк с небольшими комнатами — совсем не то, что мы привычно представляем слыша о «королевском дворце». Внутренние покои дворца выглядят уютно и как-то по-домашнему, несмотря на ярко-алую окраску всего, чего только возможно. Даже тронный зал по-окинавски — не огромное светлое помещение, где у подножия трона десятки подданных падают ниц и внимают монаршим повелениям, а, скорее, кабинет для рабочих встреч, отличающийся от прочих помещений лишь троном на возвышении, окружённым символами королевской власти. А если выглянуть в одно из окон, выходящих на задний двор, вашему взору откроется небольшой садик с миниатюрными деревьями.

Трон королей Рюкю

Корона

Кроме трона и королевских регалий на втором этаже имеется специальное застеклённое окно в полу, сквозь которое можно увидеть остатки фундамента оригинального замка Сюри. На меня зрелище древних развалин всегда навевает грусть, так что я вполне понимаю мотивы японцев, вместо демонстрации источенных прошедшими веками камней предпочевших воссоздать замок таким, каков был в его лучшие времена.

Точно так же современными репликами заменены колокол “Банкоку синрё” (его оригиналу повезло больше, чем самому замку — он дожил до наших дней и сейчас хранится в музее префектуры), солнечные часы и многое другое.

Колокол «Банкоку синрё»

Солнечные часы

Осмотрев замок изнутри и заглянув в сувенирный магазинчик, я покинул внутренний двор замка в восьмом часу. Солнце ещё не закатилось, поэтому я отправился осматривать небольшой парк, раскинувшийся внутри стен замка. В другой стране я вряд ли пришёл бы в восторг от мысли, что мне предстоит бродить на ночь глядя по пустынным аллеям парка, однако к тому времени я уже успел проникнуться японским стилем жизни и беспокоился лишь о том, чтобы успеть покинуть парк к восьми часам, когда все ворота закроются. А уж оказаться на смотровой площадке после заката солнца и вовсе оказалось огромной удачей: вечерняя Наха с высоты птичьего полёта являет собой незабываемое зрелище, ради которого я ещё не единожды возвращался в Сюридзё под вечер.

Вид на город со смотровой площадки

Однако Сюридзё это не только замок и захватывающие дух виды со смотровой площадки. Первое, что бросилось мне в глаза — множество ворот. Причём обычных ворот в узкоутилитарном смысле этого слова в Сюридзё, похоже, нет вовсе: каждому проходу дано собственное имя и предназначение. Некоторые из них и вовсе имели исключительно ритуальное назначение и открывались только для короля, совершавшего там священнослужения. Таковы, например, каменные ворота Сонохян:

Ворота Сонохян

или ворота, ведущие в Суймуй-утаки, одно из наиболее знаменитых священных мест Окинавы, по преданиям, созданное рукой божества.

Ворота Суймуй Утаки

Однако большинство ворот всё же имеют более приземлённое статус и служат либо проходами на территорию замка, либо украшением. «Визитная карточка» Сюридзё — это, конечно, Сюрэймон, ворота в китайском стиле, расположенные перед крепостной стеной. Ворота эти настолько знамениты, что увидеть их можно не только на местной сувенирной продукции, но даже и на купюре в 2000 йен.

Ворота Сюрэймон днём...

...и ночью

Прочие ворота выглядят более обыденно. Канкаймон — главные ворота замка, предназначавшиеся для почётных гостей — охраняют сисы, правда, более архаичные, и больше похожие на китайских львов.

Ворота Канкаймон

Деревянное сооружение сверху, крытое традиционной черепицей — «фишка» замка Сюри; такими конструкциями украшены все проходы в стенах замка.

Приехав в Сюридзё впервые, я поспешно добирался до замка какими-то глухими улочками, ведомый GPS и заблаговременно закачанными в айфон картами. А потому про пруд Рютан, расположенный под стенами замка, но скрытый раскинувшимся вокруг него парком, узнал лишь когда возвращался к монорельсовой станции. К тому времени уже совершенно стемнело, в замке включили подсветку, и, проходя по мосту, я не мог не остановиться ради такого пейзажа.

Пруд Рютан ночью

Увидев же, я не мог не вернуться ради того, чтобы поснимать этот пруд и парк. К счастью, освещение в нём не выключают до позднего вечера (а может и дольше).

Пруд Рютан

Королевский домик на искусственном острове

По словам Йоко-сэнсей, раньше пруд был едва ли не в два раза больше, однако жилые кварталы со временем расширялись, и в итоге городская застройка поглотила часть исторического водоёма.

Наиболее запоминающимся визитом в Сюридзё для меня стало участие в традиционном ежегодном параде, проходящем в конце ноября. Парад этот воспроизводит церемониал эпохи существования государства Рюкю, когда король в сопровождении свиты выходил из дворца и, сопровождаемый чиновниками, в золочёном паланкине проезжал перед своими подданными. Королевскую свиту для участия в шествии набирают заранее, заявку могут подать все желающие, и наша языковая школа не осталась в стороне, заявив двух участников. И когда мне предложили стать одним из делегатов, я, разумеется, согласился.

Мы там оказались не единственными иностранцами, другая языковая школа также откомандировала трёх своих студентов. Однако их группа состояла из азиатов, внешне не слишком выделявшихся на фоне местных жителей, поэтому на фоне всех прочих участников наша делегация выглядела особенно колоритно: если в сумерках и со спины меня ещё можно принять за японца, то другим участником от нашей школы был Ким из Швеции, натуральный блондин баскетбольного роста. Так что — уверен — все, кто нас видел, нашу «Нихон кэйдзай бунка гакуин» запомнили надолго.

Облачение участников парада

В начале десятого мы собрались в обыкновенном спортзале обыкновенной японской школы, получили сумки с нарядами и принялись за переодевание. Перво-наперво нас предупредили, что нужно снять все украшения, сложить одежду в пакеты и — самое ужасное — оставить мобильные телефоны. С туфлями и рубашкой я расстался легко, но вот оставить мобильник было уже выше моих сил. Фотоаппарат я, по понятным причинам, взять не мог, так что камера айфона была для меня единственной надеждой запечатлеть парад не только лишь в своей памяти. Поэтому я спрятал его в набедренный карман джинсов, надеясь, что в процессе одевания его не заметят и не потребуют выложить. Впоследствии оказалось, что не я один на всей Окинаве оказался такой хитрый: в начале парада, когда король спускался из замка, его будущая «свита» прямо-таки ощетинилась припрятанными мобильниками и компактными камерами.

Ещё в школе нам выдали исконно японские носки белого цвета — те самые, с отдельным большим пальцем — и тут я понял, зачем: шествовать нам предстояло в сандалиях «под старину», у которых ремешок продевается между пальцами ноги, а носить такую обувь с привычными нам носками было бы крайне затруднительно.

Закончив непростой процесс облачения в старинные одежды, мы построились на школьном дворе, получили реквизит и отправились к стенам Сюридзё, откуда и начиналось шествие. Там уже успели собраться зрители, другие участники парада и представители прессы, которым предстояло освещать мероприятие. Пока шла подготовка к церемонии, мы коротали время за разговорами с местными школьницами, углублённо изучавшими английский — тут мне удалось несказанно удивить Кима, до того момента даже не предполагал, что я владею английским. Справедливости ради надо заметить, что я хоть и учился по англоязычному учебнику, для общения использовал исключительно японский.

И вот в час дня король со свитой появились в воротах замка:

Сопровождаемые музыкантами, король с королевой проследовали к паланкину, после чего нам отдали команду построиться, и мой звёздный час настал. Похоже, я оказался одним из самых примечательных участников шествия, потому как за время шествия меня сфотографировали столько раз, сколько не фотографировали за все предыдущие годы. Участвовать в параде оказалось совсем несложно, нужно было лишь неторопливо шагать в своей колонне, не отставая и не забегая вперёд. Был, правда, неприятный момент, когда закапал мелкий дождик, грозивший перерасти в нечто большее, однако всё обошлось благополучно, и завершали шествие мы уже при синем небе и ярком солнце. В общем, участие в этом параде стал одним из самых ярких моих воспоминаний, хотя и немного жаль, что у меня не было возможности посмотреть на это шествие со стороны.

Другим знаменитым местом, также связанным с жизнью королевской династии, является сад Сикинаэн, служивший королям местом отдыха. Он раскинулся в нескольких километрах южнее замка Сюри, на вершине холма. Оценив расстояние по карте и обнаружив, что от моего дома до сада не так уж далеко, я самонадеянно решил, что легко доберусь туда на велосипеде. Знай я, насколько высок окажется холм, где король решил основать вторую свою резиденцию, наверняка бы просто сел в автобус вместо того, чтобы два часа крутить педали на лютой жаре и штурмовать высоченный холм, . Но что сделано — то сделано, на третий час я всё-таки добрался до входа в королевский сад, припарковал велосипед, выпив залпом бутылку прохладной питьевой воды из торгового автомата и отправился смотреть сад.

Что может быть приятнее, чем после долгой велосипедной поездки под палящим солнцем оказаться в плотной тени деревьев? Следуя в хвосте удачно подвернувшейся экскурсии, я направился в рощу, окружавшую королевскую резиденцию. Экскурсовода я понимал с пятого на десятое — всё-таки рассказ об окинавских древностях требует существенно большего словарного запаса, чем светские беседы про погоду, работу и особенности национальной кулинарии, однако общий смысл я всё же уловил.

Оригинальный Сикинаэн, как и многие другие исторические места, был полностью уничтожен в июне 45-го, и в нынешнем виде существует лишь с середины девяностых, после двадцати лет восстановительных работ. По сравнению с замком Сюри Сикинаен — место очень молодое, поскольку был построен всего лишь двести лет назад. Строился он, по большей части, как место, где король мог отдохнуть от государственных дел и развеяться, прогуливаясь в тени деревьев или катаясь на лодке по искусственному пруду. Кроме того, в Сикинаэне король принимал иностранных гостей (по большей части — с материкового Китая). Как любой монарх, король Рюкю был не против при случае пустить пыль в глаза иностранным гостям, преувеличив мощь и размеры своей державы, ради чего в Сикинаэне была устроена специальная смотровая площадка. Если посмотреть на карту, можно заметить: с севера на юг Окинава тянется на сотню километров, но вот с востока на запад остров довольно узок и редко где его ширина превышает 15 километров. Однако расположение смотровой площадки королевской резиденции было выбрано таким, что с неё ни в одном направлении невозможно увидеть морское побережье, отчего у наблюдателя должно было сложиться впечатление, что владения короля гораздо обширнее, чем это было в действительности.

Вид на город со смотровой площадки

По пути мы прошли мимо источника, снабжавшего водой обитателей королевской резиденции. Источник, упрятанный в каменную нишу, на вид был ничем не замечателен, однако, по словам гида, водоросли, растущие на дне, способны жить только в очень чистой воде. Правда, даже после этих слов желающих отведать воды из королевского водопровода всё равно не нашлось.

Ещё пара минут по вымощенной грубо обработанным камнем дорожке, и мы вышли на лужайку перед королевским летним домиком. Если внутреннее убранство королевского дворца в Сюри просто скромно, то летний домик короля — жилище чуть ли не спартанское и никоим образом не намекающее на социальный статус его главного жильца. Это оказался вполне обычный старинный деревянный дом, только более просторный, чем у простого люда. В наши дни такие хоромы способен построить на своих шести сотках любой садовод, если не пожалеет досок и сумеет раздобыть глиняных сис и красную окинавскую черепицу.

Летний домик короля

Около летнего домика короля оказалось на удивление многолюдно: мой путь случайно пересёкся с местной школьной экскурсией. Пока учителя строили свои классы для групповой фотографии, я не смог удержаться и не заснять этот момент из неведомой мне японской школьной жизни, ибо для меня «школьная экскурсия» это что-то из области легенд и преданий: за десять лет учёбы в школе с нашим классом такого не случилось ни разу.

Пройдясь босиком по внутренним покоям королевского дома и подивившись, сколь небогато жили древние короли, я окинул взглядом пруд, раскинувшийся перед входом в королевское жилище, и лишь тогда осознал, ради чего здешние монархи ездили отдыхать в эту глухомань. Не так уж важно, на самом деле, что королевская резиденция не поражает шикарностью убранства, если можно отдыхать в беседке на побережье, вечерами попивать авамори, созерцая водную гладь и изящные мостики в китайском стиле или кататься на лодке по королевскому пруду. Ведь именно озеро, а вовсе не королевское жилище, является настоящей жемчужиной этого сада.

Озеро парка Сикинаэн

С трёх сторон королевский сад окружён оградой, с четвёртой же — восточной — его защищает от непрошеных гостей крутой обрыв, с которого обрушивается в пропасть вытекающий из озера ручей. А ещё под обрывом раскинулись непролазные тропические заросли, в которых, может быть даже, всё ещё не перевелись ядовитые змеи. По крайней мере, таблички «Пожалуйста, не заходите в траву» и «Берегись хабу» вдоль дорожек наличествовали. Хабу я, правда, так и не увидел, зато встретил маленького геккончика, при моём появлении спрятавшегося в электрощит, да волосатого тарантула, безразлично пялившегося на меня всеми своими многочисленными глазами.

Для посетителей Сикинаэн закрывается в шесть часов вечера, однако когда я в без десяти минут шесть подошёл к выходу, оказалось, что калитка уже заперта. Пришлось вспоминать навыки лазания через заборы, благо заграждение было чисто символическим и едва доставало мне до пояса. Выбравшись, я сел на велосипед и направился домой — уже другой дорогой.

Обратный мой путь лежал мимо кладбища. И там мне довелось увидеть нечто такое, что удивило меня до самых глубин души, и о чём, однако, вряд ли напишут даже в самом подробном путеводителе по городу. В Японии, как известно, покойников не принято хоронить в земле, хотя одно мемориальное кладбище с привычного нам вида могилами и памятниками я всё же видел — около верфи Томарин, где в 1853 году побывал коммодор Перри, тот самый, что так радикально изменил историю Японии. Но там изначально было место захоронения иностранцев в соответствии с их обычаями, в Японии же умерших издавна было принято кремировать, а прах помещать в семейном склепе. На архипелаге Рюкю этот склеп имеет особую форму, которая более нигде в Японии не встречается, и за которую окинавские усыпальницы называют «камэко-бака» («могила в форма панциря черепахи»), хотя окинавская традиция ассоциирует эту форму с животом матери, а похороны — с возвращением к истокам жизни.

Традиционная камэко-бака легко узнаваема по крыше округлой формы, действительно напоминающей панцирь черепахи, однако новые веяния принесли перемены даже в эту консервативную сферу, и сейчас довольно часто можно увидеть склепы с двускатной крышей. Кладбища на Окинаве можно обнаружить в самых неожиданных местах: вдоль обочин дорог, на окраине парка, среди деревьев на склоне горы, а то и чуть ли не в центре города посреди жилого квартала.

Меня, однако, удивило даже не расположение кладбища посреди города — в конце-концов, оно могло появиться там задолго до того, как вокруг выросли жилые кварталы. Более всего меня поразило то, что кто-то заказал себе усыпальницу весёленького розового цвета! Не верите — смотрите сами:

Склеп в розовых тонах

Кстати, на этом же фото на заднем плане можно увидеть камэко-бака наиболее традиционной формы, относящиеся ещё к той эпохе, когда земля в Японии ещё не была столь дорогостоящей, как в нынешнее время.

...продолжение...

Ваша оценка: Нет Средняя: 10 (4 оценок)

Комментарии

Аватар пользователя World

Спасибище! Просто супер туробзор)

Кстати, я видела розовое бюро ритуальных услуг, и тоже удивилась. В чем-то они сошлись логикой с хозяином этой усыпальницы.

Добавить комментарий